Правила жизни шахматистов
Анатолий Карпов
«На доске всё понятнее: кто сильнее, кто пешка, а кто – король. В жизни эти соотношения часто бывают не так просты».
В шахматах очень тяжело пробиться – и раньше, и сейчас.

На доске всё понятнее: кто сильнее, кто пешка, а кто – король. В жизни эти соотношения часто бывают не так просты.

Меня спрашивают: если бы в жизни были правила, как в шахматах, она бы стала интересней или скучнее? Я думаю, что жизнь стала бы понятней.

Богатство – не самое главное достоинство человека. Однако, в России считают именно так. Я надеюсь, что это временное явление, потому что если мы будем так считать всегда, то мы окажемся ниже Америки в культуре и даже по человеческим отношениям.

Выделялся ли я в советском обществе со своими доходами? Я бы даже сказал, что выделялся среди элиты того времени.

Я патриот и уважаю тех, кто создавал мощь страны поколениями, и не уважаю тех, кто её разрушил.

Если посмотреть на великих шахматистов, которые выступают десятилетиями, становится понятно, что никаких допингов они не употребляют.

Ничего не может мешать человеку, если он талантлив. Но можно элементарно попасть под поезд.

Нет, африканцы не умеют играть как белые. Это – учтите! – не расистское заявление.

Представляете, за двадцать секунд я потерял звание чемпиона мира, а если говорить о деньгах, то это 600 тысяч долларов. Даже в казино столько не проиграешь!

Мне нравятся игры, где есть стратегия, такие игры, как покер, меня не интересуют – в них есть понимание, а стратегии нет.

После последнего экзамена я пошёл на матч МГУ с Софийским университетом, там кто-то меня узнал, и я убежал.

Призовой фонд предстоящего матча с Фишером составлял 5 миллионов долларов. Матч не состоялся. Филиппины тогда добавили еще денег и провели тот знаменитый матч боксеров. Вот боксеры и не знают даже, что их финансовое счастье началось именно с моего несостоявшегося матча с Фишером.

Знаете, рейтинги, вообще, это весьма спорный показатель. Причем, придумал рейтинг в шахматах Арпад Эло. И он тогда мне говорил, что он категорически против был того, что его рейтинг стал не относительным, а во многих случаях абсолютным. И вот то, что натворила Международная шахматная федерация, это, я считаю, просто преступление перед шахматами, и оно продолжается.

Моя коллекция марок оценивается в 13 миллионов евро. Не понимаю, откуда это взялось. Я сам не знаю. Предлагали ли мне ее купить? Нет, ну, это же не продается.

Дочь в шахматы не играет. Хотя интерес у нее прорезался пару раз, в июне. Закончился учебный год, я думаю: ну, отдохнет немного, в сентябре начнет. А в сентябре у нее интерес пропал.


Текст: Софья Кокарева
Made on
Tilda